TaxAlert: Разделение (дробление) бизнеса: как не допустить ошибок и защититься от претензий налоговых органов

Уважаемые господа,

представляем Вашему вниманию выпуск TaxAlert, посвященный вопросам так называемого «разделения (дробления) бизнеса», в котором мы рассмотрели основные признаки противоправного (налогово-наказуемого) и легального (безопасного) дробления, которые, надеемся, помогут грамотно выстроить структуру бизнеса, оценить и и/или минимизировать риски предъявления налоговых претензий или защитить свои права в случае возникновения спора с налоговыми органами.

 

АКТУАЛЬНОСТЬ ПРОБЛЕМЫ   

Как свидетельствует правоприменительная практика, формального выполнения отдельным налогоплательщиком только лишь условий, предусмотренных законом в качестве обязательных для применения того или иного специального налогового режима (в виде УСН, ЕНВД, ПСН, ЕСХН), особенно если речь идет о какой-то связи или причастности такого субъекта к группе компаний, зачастую бывает недостаточно для признания за ним права на их применение.

В ряде случаев действия такого налогоплательщика и действующих совместно с ним в группе компаний лиц, связанные с применением этим налогоплательщиком льготного налогового режима, могут быть квалифицированы налоговыми органами в качестве незаконного дробления бизнеса – действий, направленных исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды за счет неуплаты НДС и налога на прибыль, а, следовательно, противоправных и налогово-наказуемых, с признанием полученной в результате их совершения налоговой выгоды необоснованной и лишением права налогоплательщика на ее получение.

В общепринятом смысле под разделением (дроблением) бизнеса понимается осуществление хозяйствующим субъектом внешне законных действий по передаче зависимому/подконтрольному, в том числе, вновь созданному, лицу (организации или ИП), имеющему право на применение льготного специального налогового режима части или отдельного вида деятельности (части хозяйственных операций), осуществляемых ранее в рамках деятельности этого хозяйствующего субъекта, результатом чего является, в том числе, снижение (сохранение) совокупной налоговой нагрузки участников группы за счет замены уплаты НДС и налога на прибыль на уплату единого налога.

Несмотря на то, что понятие «разделение (дробление) бизнеса» законодательно не определено, как термин и правовое явление, характеризующийся совокупностью определенных правовых действий хозяйствующих субъектов, направленных оптимизацию налоговых обязательств бизнеса, известен бизнесу и налоговым специалистам достаточно давно – фактически с момента введения в 2002 году в действие льготных специальных налоговых режимов – целенаправленная и системная борьба налоговых органов со случаями злоупотребления налогоплательщиками правом на их применение началась только в 2017 году с изданием ФНС России Писем от 11.08.2017 г. № СА-4-7/15895@ и от 29.12.2018 г. № ЕД-4-2/25984.

Письмо от 11.08.2017 г. № СА-4-7/15895@ – фактически первая официальная попытка (необходимо признать – достаточно успешная и полезная и для налогоплательщиков, и налоговых органов) наполнения ФНС России анализируемого термина определенным правовым и экономическим содержанием путем выделения на основе обобщение собственного опыта осуществления налогового контроля и судебно-арбитражной практики признаков формального разделения единой деятельности между несколькими хозяйствующими субъектами, целью которых является исключительно получение необоснованной налоговой выгоды, разграничения противоправного (налогово-наказуемого) и легального разделения (дробления) бизнеса, а также налоговых последствий таких действий налогоплательщиков.

Письмо ФНС России от 29.12.2018 г. № ЕД-4-2/25984 – прямое указание территориальным налоговым органам по усилению налогового контроля в отношении налогоплательщиков, которые создают видимость деятельности нескольких самостоятельных налогоплательщиков, прикрывающих деятельность одного налогоплательщика, с целью получения или сохранения права на применение специального налогового режима, предусматривающего пониженную, по сравнению с общим режимом налогообложения, налоговую (фискальную) нагрузку. Об реальном усилении такого налогового контроля свидетельствует значительное увеличение в течении последних нескольких лет количества налоговых споров, предметом которых являются вопросы правомерности разделения (дробления) бизнеса «для целей налогообложения».

При этом в связи с введением для плательщиков страховых взносов, признаваемых субъектами малого или среднего предпринимательства в соответствии с Федеральным законом от 24 июля 2007 года № 209-ФЗ «О развитии малого и среднего предпринимательства в РФ» пониженных тарифов страховых взносов, в будущем налоговый контроль в отношении групп компаний и входящих в них лиц, применяющих льготные режимы налогообложения, может быть только усилен и расширен, поскольку указанные законодательные новации делают использование для бизнеса малых и средних компаний за счет значительного уменьшения налоговых выплат с фонда оплаты труда еще более экономически привлекательным, а, значит, и востребованным.

Таким образом, можно спрогнозировать, что вопросы дробления бизнеса еще долгое время будут находится в сфере пристального внимания налоговых органов, а безопасное структурирование бизнеса и/или защита от налоговых претензий, связанных с такими действиями, будут оставаться актуальными для многих бизнесов.

 

СЛОЖНОСТИ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ

Как уже отмечалось, действующее законодательство о налогах и сборах никак не определяет термин разделение (дробление) бизнеса. Так же ни НК РФ, ни иные законодательные или подзаконные акты прямо не указывают на конкретные действия налогоплательщика или признаки/обстоятельства, свидетельствующие о незаконности структурирования бизнеса с точки зрения налогового закона, не называют такое деяние в качестве налогового правонарушения, а также четко не определяют правовые последствия для налогоплательщика в случае его выявления налоговыми органами.

Единственным правовым основанием для противодействия незаконной налоговой оптимизации путем перевода (дробления, разделения) бизнеса с использованием компаний на спецрежимах в настоящее время является статья 54.1 НК РФ (до 17.08.2017 года – Постановление Президиума ВАС РФ от 12.10.2016 г. № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды»), которая при этом лишь в самом общем виде устанавливает пределы осуществления прав налогоплательщиками и фактический запрет на получение налогоплательщиком налоговой выгоды в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни, об объектах налогообложения, а также на совершение сделок, основной целью которых является уменьшение налогов.

В таких условиях в целях определения искусственного дробления бизнеса, признаков такого дробления, разграничения легального и противоправного разделения бизнеса особое значение приобретают разъяснения государственных органов, включая вышеназванные письма ФНС России от 11.08.2017 г. № СА-4-7/15895@ и от 29.12.2018 г. № ЕД-4-2/25984, а также практику Конституционного Суда РФ, Высшего арбитражного суда РФ, Верховного суда РФ, судебные акты арбитражных судов по конкретным делам, в которых определены основные подходы судебных органов к правовой квалификации тех или иных действий хозяйствующих субъектов, связанных с использованием при организации и функционировании бизнеса организаций на УСН, ЕНВД и пр. при тех или иных конкретных обстоятельствах.

 

ПРОТИВОПРАВНОЕ ДРОБЛЕНИЕ БИЗНЕСА: ОБЩИЕ ПРИЗНАКИ И ПОСЛЕДСТВИЯ

Под противоправным (налогово-наказуемым) разделением (дроблением) бизнеса налоговые органы понимают действия хозяйствующих субъектов, направленные на получение необоснованной налоговой выгоды путем создания формальной ситуации, при которой видимость действий нескольких подконтрольных взаимозависимых лиц, осуществляющих идентичную или схожую деятельность, каждое из которых соответствует критериям применения льготных налоговых режимов, прикрывает фактическую деятельность одного налогоплательщика и сопровождается искусственным распределением выручки от осуществляемой деятельности на указанных подконтрольных взаимозависимых лиц (письмо ФНС России от 11.08.2017 г. № СА-4-7/15895@).

В смысле указанного письма ФНС России, а также судебно-арбитражной практики, квалификация действий хозяйствующего субъекта (в составе группы лиц) как нелегитимного и налогово-наказуемого дробления бизнеса возможна только при наличии в таких действиях следующих обязательных элементов:

1) получение в результате указанных выше действий за счет использования отдельным лицом (лицами) какого-либо специального налогового режима налогообложения налоговой выгоды в виде возможности уплаты компаниями группы совокупной суммы налогов в меньшем размере, чем если бы деятельность налогоплательщика продолжала осуществляться в рамках одной компании (за счет избежания выплат НДС и налога на прибыль). Нет налоговой экономии – нет уклонения от уплаты налогов путем создания незаконной налоговой схемы в виде незаконного дробления бизнеса (см., к примеру, Решение Арбитражного суда Нижегородской области от 28.06.2018 г. № А43-1526/2018 и др.);

2) отсутствие очевидных и понятных для налогового органа и суда целей делового характера (разумных экономических и хозяйственных целей) перевода части или отдельного вида деятельности (части хозяйственных операций) на другое лицо, применяющее специальный льготный режим налогообложения, помимо налоговой экономии. Налоговая экономия не может быть главной (единственной) деловой целью налогово-значимых действий налогоплательщика (подпункт 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ). Следовательно, отсутствие деловых целей – подтверждение умышленного искусственного разделения бизнеса с целью получения (увеличения, сохранения) прибыли (дохода) отдельный компании (или в группы в целом) не в результате осуществления реальной экономической деятельности, а в результате исключительно налоговой экономии за счет применения этим отдельно взятым лицом (участником группы) льготного налогового режима, что не соответствует сути предпринимательской деятельности (статья 2 ГК РФ) и противоречит налоговому законодательству;

3) формальный (технический, несамостоятельный, подконтрольный) характер деятельности лица, в пользу которых переведена часть деятельности и/или отдельный вид деятельности (часть хозяйственных операций),  устанавливаемый налоговым органом, как правило, исходя из сущностных и внешних (объективных) факторов и обстоятельств, характеризующие организацию и порядок ведения им хозяйственной деятельности, его взаимоотношений с другими компаниями группы и иными бизнесами. Реализации определенных бизнес-задач и достижение предпринимательских целей в виде получения дохода (прибыли) может осуществляться только самостоятельной (организационно, имущественно, финансово-экономически и пр.) бизнес-структурой, независимой от действий и деятельности других (хотя бы и юридически или структурно связанных с ней, или объединенных едиными экономическими целями) лиц (статьи 2, 23, 48, 49 ГК РФ). Экономическая и фактическая невозможность осуществления лицом предпринимательской деятельности, в том числе, вне зависимости («в отрыве») от других лиц, входящих в группу компаний, ее юридическое и экономическое предназначение исключительно для обслуживания коммерческих и иных интересов участников группы, свидетельствует о фиктивности (мнимости, притворности) такой бизнес-единицы, отсутствии у нее юридической правоспособности и, в связи с этим, невозможность с юридической точки зрения приобретения и осуществления ей каких-либо прав и несения обязанностей, включая налоговые, а следовательно, отсутствии самостоятельного субъекта налогового права – налогоплательщика в смысле, придаваемом ему статьями 19, 23 НК РФ. Следовательно, финансовые результаты деятельности такого зависимого несамостоятельного лица подлежат квалификации в качестве результатов деятельности контролирующего его лица, в интересах которой оно действует, с включением их в налогооблагаемую базу по НДС и налогу на прибыль (см., в частности, Определение Верховного Суда РФ от 27.11.2015 г. № № А12-24270/2014 и др.).

К признакам, свидетельствующим о несамостоятельном и подконтрольном характере деятельности участника группы, и подтверждающим применение налогоплательщиком/группой налогоплательщиков схемы по дроблению бизнеса, по мнению налоговых органов, согласно Письму ФНС России от 11.08.2017 г. № СА-4-7/15895@, могут относится установленные в ходе налоговой проверки следующее обстоятельства:

  • участники схемы осуществляют аналогичный вид экономической деятельности;
  • прямая или косвенная взаимозависимость (аффилированность) участников схемы дробления бизнеса (родственные отношения, участие в органах управления, служебная подконтрольность и т.п.);
  • отсутствие у подконтрольных лиц, применяющих специальные налоговые режимы, принадлежащих им основных и оборотных средств, кадровых ресурсов;
  • несение расходов участниками схемы друг за друга;
  • формальное перераспределение между участниками схемы персонала без изменения их должностных обязанностей;
  • использование участниками схемы одних и тех же вывесок, обозначений, контактов, сайта, адресов фактического местонахождения, помещений (офисов, складских и производственных баз и т.п.), банков, в которых открываются и обслуживаются расчетные счета, контрольно-кассовой техники, терминалов и т.п.;
  • фактическое управление деятельностью участников схемы одними лицами;
  • единые для участников схемы службы, осуществляющие: ведение бухгалтерского учета, кадрового делопроизводства, подбор персонала, поиск и работу с поставщиками и покупателями, юридическое сопровождение, логистику и т.д.

Установление налоговым органом в ходе проверки совокупности указанных элементов в организации деятельности компаний холдинга практически со 100 % вероятностью повлечет его обвинение в применении незаконной схемы дробления бизнеса и применение к нему (как правило, основной компании) тех положений законодательства о налогах и сборах, которые он стремился избежать с доначислением соответствующих сумм налогов (НДС, налог на прибыль), сумм пени и штрафов в размере 20/40 % от исчисленных таким образом сумм налогов (Определение Верховного Суда РФ от 22.07.2016 № 305-КГ16-4920).

Кроме того, при выявлении вышеуказанных обстоятельств при искусственном дроблении велика вероятность наступления и уголовно-правовых последствий для руководителей (собственников) компаний (приговор Алданского районного суда Республики Саха (Якутия) от 05.10.2017 г. по делу № 1-130/2017, приговор Яранского районного суда Кировской области от 28.12.2016 г. по делу № 1-1/2017(59807), приговор Серовского районного суда Свердловской области от 27.08.2015 г. по делу № 1-306/2015 и др.).

 

ПРИЗНАКИ БЕЗОПАСНОГО ДРОБЛЕНИЯ БИЗНЕСА

В то же время дробление (разделение) бизнеса, не направленное исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды (налоговой экономии), имеющее цели делового характера, отличные от налоговой экономии, не может быть признано противоправным и наказуемым деянием, поскольку выбор и изменение бизнес-структуры является исключительным правом хозяйствующего субъекта. На это указывает и ФНС России в Письме от 29.12.2018 г. № ЕД-4-2/25984.

Кроме того, в более позднем Письме от 29.12.2018 г. № ЕД-4-2/25984 ФНС России также прямо указывает, что необходимо исключить предъявление необоснованных претензий к разделению бизнеса, не направленному на злоупотребления, поскольку выбор и изменение бизнес-структуры является исключительным правом хозяйствующего субъекта.

Из анализа указанных разъяснительных актов ФНС России и практики арбитражных судов следует, что разделение (дробление) налогоплательщиком бизнеса с передачей другому (в том числе, вновь образованному лицу (лицам)) части деятельности не может быть квалифицировано в качестве налогово-наказуемого дробления бизнеса, направленного на получение необоснованной налоговой выгоды, в случае наличия следующих обстоятельств:

1) в рамках разделения бизнеса новому лицу осуществляется передача (выделение) самостоятельного вида деятельности (например, общепит/розница, производство/оптовая/розничная торговля, хранение/транспортировка и пр.), и передаваемый вид деятельности не является взаимосвязанной частью единого технологического, производственного, экономического процесса (например, переработка/фасовка/упаковка и пр.), направленного на достижение единого экономического результата. (см, например, Постановление Высшего Арбитражного Суда РФ от 09.04.2013 г. № 15570/12, Определение Верховного Суда РФ от 23.01.2015 г. № 304-КГ14-7139, Определение Верховного Суда РФ от 25.02.2019 г. № 301-ЭС19-861, Определение ВС РФ от 05.09.2018 г. № 308-КГ18-12753, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 18.08.2017 г. № А03-723/2016, Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 10.06.2019 г. № Ф04-4285/2019, Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 17.06.2019 г. № А53-16343/2018 и др.);

2) наличие деловых (разумных экономических) целей проведенной реструктуризации бизнеса, отличных от целей налоговой экономии. Как показывает практика, в каждой сфере деятельности и в силу специфики осуществляемого бизнеса, могут быть самые различные разумные деловые причины (экономического, коммерческого, производственного, управленческого и др. характера) для структурирования бизнеса с использованием компаний на спецрежимах, вытекающие, в том числе, из конкретных условий ведения бизнеса и предпринимательских целей в той или иной конкретной коммерческой ситуации. Однако, при этом деловые цели, превалирующие над целью налоговой экономии и послужившие причиной разделения бизнеса, должны быть: реальными и соотносимыми с осуществляемым видом и целями деятельности, понятными и конкретными, достижимыми, и, что очень желательно, документально подтвержденными (бизнес-планы, протоколы общих собраний, совета директоров, приказы руководителя, отчеты маркетологов или аналогичных служб, расчеты эффективности (увеличение прибыли, снижение расходов) и пр.).

В числе таких разумных целей, в частности, можно назвать:

  • оптимизацию хозяйственной деятельности субъекта предпринимательства с целью повышения эффективности и/или управляемости такой деятельности, сохранение или улучшение условий обычной хозяйственной деятельности (см., например, Постановление Высшего Арбитражного Суда РФ от 09.04.2013 г. № 15570/12 и др.);
  • условия конкуренции, сложившиеся на рынке, в частности, возможность предложения более конкурентноспособной цены на продукцию, и расширение за счет этого количества покупателей, объема продаж и увеличение прибыли (см., к примеру, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 31.01.2017 г. № А03-6957/2015 и др.);
  • снижение риска временного прекращения (приостановления) деятельности, административно- и гражданско-правовых рисков (см., например, постановление Арбитражного Суда Дальневосточного округа от 21.01.2015 № Ф03-5980/2014 и др.);
  • сегментация по рынками, регионам и пр. (Обзор практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 НК РФ в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018 и пр.);
  • сохранение объекта недвижимости, его ликвидности, экономия материальных и трудовых ресурсов на развитие нового вида деятельности (см. к примеру, Постановление 12 Арбитражного апелляционного суда от 11.03.2020 г. № А12-39362/2109 и пр.);
  • развитие нового вида или направления деятельности (см, например, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского  округа от 16.05.2018 г. № А67-476/2017 и пр.) и др.

3) каждый из участников группы компаний самостоятельно осуществляет (и имеет для этого реальную возможность) хозяйственную деятельность, несет свою часть налогового бремени, относящегося к этой деятельности. Иначе говоря, каждый участник группы, включая лиц на льготных налоговых режимах, действует в коммерческом обороте (может действовать) в качестве самостоятельной бизнес-единицы независимо друг от друга. О самостоятельности хозяйственной деятельности участника группы компаний, находящимся на льготном режиме налогообложения, в частности, свидетельствуют следующие обстоятельства:

  • целью осуществления его хозяйственной деятельности является получение прибыли (дохода) не только в результате взаимодействия с другими участниками группы компаний, но и с иными, не входящими в группу лиц, независимыми субъектами (см., например, Письмо ФНС от 19.01.2016 № СА-4-7/465@, Определение Верховного Суда РФ от 27.11.2015 г. № 306-КГ15-7673, Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 04.07.2018 г. № А59-2443/2017, Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 22.01.2018 г. № А059428/2016 и др.);
  • наличие у каждого участника группы, включая лицо на специальном налоговом режиме, собственных поставщиков и собственной клиентской базы (см., к примеру, письмо ФНС России от 11.08.2017 г. № СА-4-7/15895@, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 21.05.2018 г. №А27-10485/2017 и пр.);
  • наличие у участника группы, осуществляющему деятельность на специальном налоговом режиме, необходимых трудовых (штата работников, необходимых для осуществления заявленного вида деятельности) и производственных ресурсов в собственности или аренде (офисные и производственные помещение, оборудование, транспорт и пр.) (Определение Верховного Суда РФ 11.2015 г. № 306-КГ15-7673, Определение Верховного Суда РФ от 27.06.2016 г. № 301-КГ16-6290, Постановление Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 26.05.2014 г. № А81-4180/2013, Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 30.06.2016 г. № Ф01-2276/2016, Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 06.04.2018 г. № А50-5566/2017, Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 04.07.2018 г. № А59-2443/2017, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 11.02.2019 г. № А12-3927/2018, Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 10.06.2019 г. № Ф04-4285/2019 и пр.);
  • осуществление лицом на льготном налоговом режиме общехозяйственных затрат и расходов, необходимых для нормального осуществления соответствующего вида финансово-хозяйственной деятельности (аренда, связь, канцелярские и почтовые расходы, расходы, связанные с осуществлением основной деятельности и пр.), недопущение фактов несения расходов участниками группы друг за друга без их последующего соответствующего возмещения (см., к примеру, письмо ФНС России от 11.08.2017 г. № СА-4-7/15895@, письмо ФНС России от 30.07.2018 г. № КЧ-4-7/14643, Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 16.04.2018 г. № А07-5370/2017, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 21.05.2018 г. N Ф04-1497/18 №А27-10485/2017, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 11.02.2019 г. № А12-3927/2018, и др.);
  • имущественное и организационное обособление деятельности участника группы, применяющим специальный налоговый режим, от деятельности основной и других компаний группы (обособление помещений, имущества, сырья, оборудования, трудового персонала, товара на общих/арендованных складах, торговых залах, раздельное хранение кадровой, бухгалтерской и иной документации участников группы, управление банковским счетом и пр.) (см., к примеру, письмо ФНС России от 11.08.2017 г. № СА-4-7/15895@, Обзор практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 НК РФ в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018, Определение Верховного Суда РФ от 27.06.2016 № 301-КГ16-6290, Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 08.08.2018 г. №А24-2305/2017, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 23.10.2018 г. №А49-8468/2017, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 11.02.2019 г. № А12-3927/2018, и пр.).

4) условия взаимодействия участников группы соответствует рыночным условиям и обычным условиям ведения хозяйственной деятельности, включая коммерческие условие и цены в сделках, обязательное надлежащее исполнение сделок на предусмотренных в них условиях и соблюдение сроков их исполнения, в том числе, в части оплаты (соблюдение финансовой дисциплины, недопущение значительных взаимных дебиторских/кредиторских задолженностей внутри группы компаний, отсутствие транзитного характера движения денежных средств и пр.), надлежащее документирование (наличие не формализованных договоров, счетов, актов, сверок и пр.) всех хозяйственных операций (аренда, агентирование, комиссия, перевозка, займы, поставка и пр.), совершаемых в рамках группы компаний пр. (см. к примеру, Определение Верховного суда РФ от 13.08.2015 № 304-КГ15-8734, Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 04.07.2018 г. № А59-2443/2017 и др.).

5) образованное в результате разделения бизнеса лицо (лица) соответствует требованиям норм права, определяющих его (их) право на применение соответствующего специального режима налогообложения (см, например, Постановление Высшего Арбитражного Суда РФ от 09.04.2013 г. № 15570/12, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского  округа от 16.05.2018 г. № А67-476/2017 и др.);

6) иные обстоятельства, которыми может сопровождаться процесс разделения бизнеса (перевод сотрудников из прежнего юридического лица в новообразованное лицо с сохранением трудовой функции; наличие общих собственников и/или руководителей; общее местонахождение, общие представители и пр.) в большинстве случаев не имеют самостоятельного и решающего значения для квалификации полученной налогоплательщиком налоговой выгоды в результате дробления как необоснованной, не могут оцениваться отдельно от обстоятельств, мотивов и целей, характера деятельность участников в группы (см, например, Постановление Высшего Арбитражного Суда РФ от 09.04.2013 г. № 15570/12 и др.).

Представляется, что соблюдении этих общих (основных) правил при реструктуризации бизнеса, позволит если и не исключить полностью, то значительно минимизировать риски предъявления налоговых претензий, связанных с его обвинением в незаконном дроблении, усилить свою позицию в споре с налоговыми органами и/или повысить вероятность положительного разрешения спора в вышестоящем налоговом органе или суде.

 

ВЗАИМОЗАВИСИМОСТЬ КАК ФАКТОР РИСКА

Взаимозависимость (аффилированность) лиц традиционно является основанием для повышенного внимания налоговых органов и осуществления ими углубленного налогового контроля в отношении данных лиц, в том числе, на предмет возможного противоправного разделения (дробления) бизнеса. При этом как показывает судебно-арбитражная практика, установление налоговым органом при проведении налоговой проверки данного обстоятельства, практически автоматически влечет обвинение бизнес-структуры в искусственном дроблении бизнеса с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Однако, сам по себе факт взаимозависимости налогоплательщика и его контрагентов не является основанием для консолидации их доходов и для вывода об утрате права на применение упрощенной системы налогообложения данными лицами, если каждый из налогоплательщиков осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность (Обзор практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 НК РФ в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018).

Это непосредственно также следует и из Письма ФНС России от 11.08.2017 г. № СА-4-7/15895@, в котором взаимозависимость названа лишь в качестве одного из признаков, свидетельствующим о несамостоятельном и подконтрольном характере деятельности участника группы, применяющего льготный налоговый режим, свидетельствующим о применении налогоплательщиком/группой налогоплательщиков схемы дробления бизнеса.

Это же подтверждается и судебно-арбитражной практикой (см., например, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 11.02.2019 г. № А12-3927/2018, Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 10.06.2019 г. № Ф04-4285/2019, Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 07.10.2015 № Ф03-4067/2015 и пр.).

Таким образом, взаимозависимость участников группы в делах о разделении (дроблении) бизнеса не является обстоятельством, однозначно и бесспорно свидетельствующим о незаконном характере структурирования бизнеса с использованием льготных компаний и направленности данных действий на уклонение от уплаты налогов; следование правилам деловой цели и самостоятельности всех участников группы компаний позволяет нивелировать фактор взаимозависимости лиц и минимизировать риски предъявления налоговыми органами налоговых претензий.

СКАЧАТЬ

Специалисты Группы компаний «Налоговый щит» всегда готовы оказать Вам консультационную помощь и юридическую поддержку в налоговых спорах.

По всем вопросам, связанным с вопросами защиты прав налогоплательщиков и получением дополнительной информации, обращайтесь, пожалуйста, к:

Управляющему партнеру, директору
Брызгалину Владиславу по тел.: +7 495 642-16-00 или Написать письмо

Руководителю практики налогового консультирования и аудита
Новиковой Ольге по тел.: +7 495 642-16-00 или Написать письмо

Понравилась статья? Сохрани в своей соцсети!

Читайте также:

Налоговый бюллетень: Новое в налогообложении на 23.11.2020

Уважаемые господа, представляем Вашему вниманию Налоговый бюллетень, содержащий краткий обзор разъяснений государственных органов и судебно-арбитражной практики по вопросам налогообложения.

Подробнее
Налоговый бюллетень: Актуальные правовые позиции Конституционного суда и Верховного суда по налоговым спорам на 29.10.2020

Уважаемые господа, представляем Вашему вниманию Налоговый бюллетень, содержащий краткий обзор подготовленного ФНС России документа «Обзор правовых позиций, отраженных в судебных актах Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации, принятых в третьем квартале 2020 года по вопросам налогообложения».

Подробнее
TaxAlert: Истребование у налогоплательщика на основании статьи 93.1 НК РФ в целях проведения предпроверочного анализа документов (информации), не относящихся к конкретным сделкам, неправомерно

Уважаемые господа, представляем Вашему вниманию очередной выпуск TaxAlert, содержащий краткий анализ Решения Арбитражного суда г. Москвы от 05.10.2020 по делу № А40-211149/2018, в котором суд пришел к выводу об отсутствии у налоговых органов права на истребование в рамках предпроверочного анализа документов…

Подробнее

Наш сайт использует файлы cookies, чтобы улучшить работу и повысить эффективность сайта. Продолжая работу с сайтом, вы соглашаетесь с использованием нами cookies и политикой конфиденциальности.

Принять